Да не туда смотришь.

Вот же крышка, у тебя под ногами, стоишь на ней. Открывай, открывай.

Нагнувшись, гость поднимает и ставит торчком посреди кухни крышку погреба на петлях, видит квадратный проем, узкую лестницу, уходящую вниз, во тьму. Погреб, я тебе скажу, не хвалясь, по чистой правде, всего дома стоит! Кирпичный? интересуется покупатель. Зачем кирпичный! Из цемента. Тридцать два куля цемента пошло. Это, я тебе скажу, не погреб, а прямо дот. Ты на войне был? В люльке тогда еще кувакал. А я был. В стройбате. Эти самые доты строил. Уж я-то, можешь мне верить, в них разбираю. Всякие приходилось лепить. И бетонные, и железобетонные. Этот погреб, скажу, ни одна бомба не прошибет. Ежели обратно, как в сорок первом, придется, залезай в него всем семейством, от любой бомбежки спасешься.

Покупатель усмехается. Не подмокает, сырость в нем водится? Ни боже мой! Сырость! Да откуда? На таком высоком месте? Тридцать два куля цемента. Что ни положи в самом лучшем виде все лежит. Хоть век держи никакой гнили, это уж ты не сомневайся. Да ты залезь в погреб-то, погляди, пощупай там. Залезь, залезь.

Покупатель делает движение опуститься ногой на лестницу, но тьма внутри совсем глухая, бесконечная, л в настойчивом приглашении Матвея Федотыча словно бы что-то слышится, проскальзывает. Какое-то чувство бессознательно противится в покупателе, он опускает крышку, говорит: Ладно, верю. Если сырой в крайнем случае и поправить можно. Совершенно точно! подхватывает Матвей Федотыч. Сила и руки есть значит, и все есть, все себе добудешь. А вот когда, как я, лежишь, как колода, ни воды себе принесть, ни дров охапку, это, я тебе скажу, не жизнь, а чистое наказание. Да скоро уж в инвалидный, на все готовенькое. Один этот дом меня только и держит. Вот ликвидирую. Комиссию прошел, говорят что ж 1ы, раньше не просился, шесть лет мучаешься. Да гак вот, говорю. Все надеялся, отойдут ноги, опять бегать стану. А они, лешак их забери, все хужей и хужей. До сортира еще кое-как добираюсь, а назад хоть на карачках ползи, вот гак-то. Ну, поглядел хату?

клееный брус из лиственницы, сушка.