Близилось утро.

Вдали, над морем небо побледнело, и в раннем, неверном еще свете можно было разглядеть, что происходит на шоссе. По всей дороге валялись узлы, домашняя утварь, брошенная беженцами, совершавшими долгий и мучительный путь, а по обочинам отставшие сбились в кучки, сраженные усталостью или сном. Холодный рассветный ветер заставлял спящих людей, подобно животным, бессознательно искать тепла возле себе подобных близких, друзей, а то и просто незнакомых, прижиматься к ним, кутаясь в плащи и одеяла, забиваться в любое углубление в земле. Шоссе походило на поле сражения, где остались мертвые тела, оружие и снаряжение побежденных.

Заплакал ребенок, и Кубас, лежавший под огромным кактусом, вздрогнув, проснулся. Его поразила мертвая тишина вокруг. Он сбросил с себя плащ, которым укрывался во сне, поднял голову, прислушался. Все вокруг словно вымерло. Но детский плач, разбудивший его, будто вызвал эхо захныкали другие ребятишки, и недвижные до этого груды зашевелились, из-под одеял выглядывали мятые лица заспанных женщин, бескровные, с кругами под глазами. Мужчины поднимались на ноги, терли щеки и тревожно озирались.

Сонное оцепенение, впрочем, длилось недолго. Шоссе, только что пустынное до самого горизонта, быстро стало заполняться людьми, поодиночке и группами они сливались в длинную вереницу, напоминавшую муравьев, спешащих к муравейнику. Ветер рассеял утренний туман, а тишину нарушили голоса, крики, плач, неумолчный гул повис над толпой. Горы еще были окутаны мраком, но их вершины уже рисовались на быстро светлевшем небе, клочья тумана таяли над спокойной гладью моря, она серебрилась, сверкала, стали видны силуэты военных кораблей, стоявших вдалеке от берега.

Кубас с трудом разогнулся, словно после судороги. Во рту пересохло. Давно не бритая щетина, темные пятна на лице следы голода и усталости придавали ему почти свирепый вид. Он с трудом поворочал сухим языком и наклонился,

чтобы сложить плащ. Лагерь, разбитый на ночь, поднимался и приходил в движение, а его население вливалось в толпу на шоссе, которая становилась все гуще. Мужчины, женщины и дети, цепляясь друг за дружку, несли за плечами или в руках узлы с одеждой, какую-то утварь, кто-то стонал, кто-то плакал, кто-то кричал, но большинство шли молча, низко опустив головы, точно призраки. Нечего тебе дать, миленький мой, успокаивала женщина малыша, который плакал, дергая ее за юбку. Потерпи, скоро придем в какое-нибудь селение и нам дадут поесть.

Некоторые ребятишки грызли черствый хлеб, но многие плакали от нестерпимого голода.

Быстрый хостинг в России. Выбираем хостинги . Online игры rpg - игра бумз.