Кому теперь руки нужны.

Никому!

Спотыкаясь, он добрел до уличного фонаря и обхватил его культей. Эй, друг! Стоять!.. Смирно!..

Не выпуская фонаря, он соскользнул вниз на асфальт. Ты-то хоть не убегай, сволочь. Сейчас увидишь, что я делал с такими. Смотри.

Он помахал здоровой рукой, словно разминаясь, и швырнул изо всех сил бутылку. Бум! Вот так. Одним танком меньше!.. Видишь, как просто? Конечно. Конечно. Только смелость надо иметь и кое-что еще. Нет, нет, ничего плохого не говорю, нет, что с танками делать я знаю. А вот с трусами и паникерами!.. Мамочка родная!

Слова уходили в тишину, как в вату. Он прислонился головой к столбу, словно к плечу друга, и забормотал: Совсем один остался. Совсем один, мамочка родная. Что со мной будет?.. Совсем один!

Голос звучал глухо, хрипло. И, крепко обняв фонарь, Мадрилес разрыдался.

Федерико Оливарес проснулся и сразу открыл глаза. Через маленькое окошко в комнату лился дневной свет, а с ним мешанина возбужденных голосов, криков и неразборчивых звуков радио, рвавшихся откуда-то из-под дома в узкий колодец двора. Яркий свет и неясный тревожный шум.

Он посмотрел на часы. Те показывали половину одиннадцатого. Федерико вскочил с узкой железной кровати, и пружины издали стон облегчения, он стал быстро одеваться.

(Происходит что-то странное. Что бы это могло быть?.. И Молина меня не разбудил. Может, он все еще спит.)

Голова его мигом очистилась от сонной оторопи, как бывало на фронте при сигнале тревоги или жужжании полевого телефона, стоявшего в изголовье, когда он готов был действовать без промедления, мгновенно восстановив способность быстро соображать и принимать решения.

Выйдя из комнаты, он поразился сонной тишине, царившей в доме. Федерико на ходу застегнул рубашку, пригладил волосы, тихо покашлял. Мертвое молчание дома действовало на нервы. Но он постарался сдержать нетерпение и медленно пошел вперед, ступая так, чтобы скрип половиц предупредил хозяев о его приближении. У двери в гостиную он снова осторожно покашлял. А открыв дверь, увидел лица Молины и Росарио, повернутые в его сторону, оба молча плакали. Молина стоял у дверей балкона, Росарио сидела рядом в кресле.

Оливарес вздрогнул от неожиданности и, ничего не понимая, переводил взгляд с Молины на Росарио. Потом спросил:

Лучшие стабилизаторы напряжения и блочные газовые котельные cо скидкой.