Ничего себе!

А что касается Гитлера. Увидишь: западные демократии стравят Россию с Германией.

Касанова нервно захохотал, а Оливарес умолк, не зная, как реагировать на его смех. А тот, успокоившись, сказал: Ты не дооцениваешь ум и хитрость Сталина! Вот увидишь, увидишь, Сталин столкнет западные демократии с Германией и Италией. Поживем увидим. Увидим, наверняка увидим.

Они внезапно замолчали и сидели, положив руки на стол, наклонившись вперед и сверля друг друга глазами. Касанова уже не смеялся. Наступила напряженная тишина. Красноватый огонь лампы ложился на лица алым отсветом, усиливая в глазах лихорадочный блеск. Молчание становилось все более напряженным. Кубас, сохранявший спокойствие, вступил в разговор: Бесполезно спорить. Мы так никогда ни о чем не договоримся. Да и как мы можем прийти к согласию теперь, если всю воину спорили из-за любого пустяка?

Его спокойный голос и рассудительный тон благотворно подействовали на Оливареса и Касанову. Федерико сказал: Ты прав. Иначе мы все стали бы коммунистами или коммунисты все до одного записались бы в анархисты или в социалистическую партию.

Касанова спросил: Значит, вы считаете, что сторонники хунты правы?

Друзья переглянулись. Ответил Кубас: Мы, Касанова, в этом участия не принимаем и не желаем стрелять ни в сторонников хунты, ни в ее противников. Но мы думаем, что в сложившихся обстоятельствах хунта могла бы попробовать разыграть козыри, которые остались у нас.

Касанова покачал головой, не соглашаясь с ним, затем, поглядев на товарищей, пробормотал: Если бы я не знал так давно вас обоих, не знал бы, что вы оба настоящие, честные антифашисты. Он схватился руками за голову и в отчаянии воскликнул :

мусорные пакеты . светодиодная лента