Вы читали Грина?

Сейчас Грин любимый писатель юношества. На дереве у его могилы в Старом Крыму пионеры оставляют красные галстуки. В Феодосии, где он жил, в его квартире устроен музей памятник писателю и героям его книг. Собрание сочинений Грина в шести томах издано полумиллионным тиражом.

Но тогда отношение литературной критики к Грину было иным: Грина не переиздавали, книг его не было в библиотеках. Иногда появлялись статьи, в которых все валилось в одну кучу: Джек Лондон, Эдгар По, Грин, Дюма, Конан Дойль, Фенимор Купер, Жюль Берн и доказывалось, что эти писатели могут только разлагать нашу молодежь, повредить ее. Обойдемся без этих Джеков! решительно и категорично заявлялось в одной из статей.

Все же я кое-что читал из рассказов Грина.

Паустовский спросил что мне больше всего понравилось.

Я сказал: Алые паруса, Автобиографическая повесть. И еще рассказ. Не помню названия. Ночь, какой-то человек, кажется, его зовут Рег, въезжает на коне в город, охваченный чумой. На улицах трупы. В подвале пирует компания обреченных. Человек приехал затем, чго тут, в городе, хранится карта Она не должна пропасть, ее надо спасти на ней обозначен источник, способный исцелять людей, возвращать им силу и молодость. Синий каскад Теллури. сказал Паустовский.

Я и сейчас слышу, как произнес он это слово: Теллури. С характерной своей глуховатостью в голосе, растянув два л, как-то очень наполненно как говорят о чем-то реальном, заветном, запечатлевшемся во всех своих красках, подробностях. Синий каскад Теллури был для него не сказкой, он существовал в мысленном зрении Паустовского как реальность: в-тишине накаленных зноем африканских дебрей фиолетовые ковры цветов окружали скалы, стояли непонятные, искривленные деревья с огромными листьями, бежала из тенистой расселины жгуче-холодная синяя вода, со звоном струй стекая в обширный природный водоем.

.Ворчание грома объяснило, почему неподвижны поплавки. За нашими спинами над потемневшей полосой эртелевского сада, заставив примолкнуть птичий щебет, расплывалось тугое облако. Нижний край его был тяжко налит предостерегающей синевой.

лучшие вклады