Плечо ранен.

Кровь на землю капал. Ну вот, теперь сам без пакета. Ладно, пойдем. До санбата как-нибудь дойдешь, а там сделают, что надо.

За ручьем, в полуверсте, меж пышной листвы старых деревьев розовели черепичные и, точно высокие скирды, поднимались островерхие соломенные крыши деревни. Позавчера, когда из нее выбивали немцев, в ней совсем не видно было сплели, попрятавшись по погребам

Сейчас деревня была оживлена, обозников Во дворах, на огородах стояли воинские подводы, жующие сено лошади, автофургоны в черно-желто коричневых маскировочных разводах. Больше всего машин и техники теснилось на теневой стороне улицы, под навесами листвы тягачи для пушек, студебеккеры, штабные виллисы, отечественные трехтонки и полуторки

Сколько было от передовой до деревни полтора-два, не больше Она была доступна не только снарядам, даже минам противника, один воздушный налет мог бы перемешать с землей все, в ней крылось. И все же, несмотря на это, здесь было уже все по-иному, чем на передовой, иной настрой душ, человек здесь чувствовал и воспринимал войну иначе, здесь и в помине не было того нервного накала, какой постоянно присутствует на переднем крае На изгородях, на бортах грузовиков сушились постиранные гимнастерки, проношенные до дыр портянки, пристроившись в тени хаты, повесив на вбитый в стену гвоздь зеркало, работал батальонный парикмахер, сверкал и звенел ножницами над затылком сидевшего на фанерном ящике шофера. Под стенами домов и сараев, во дворах были выкопаны землянки, блиндажи, щели, накрыты сверху накатами из толстых бревен и хозяйственно облажены внутри: в проемы дверей были видны в них лавки, полки с вещмешками и посудою, прибитые к стенам картинки, вырезанные из Огонька и журнала Фронтовая иллюстрация.

До слуха Кости долетели слова, сказанные чистым, глубоким и каким-то необыкновенно красивым в своем звучании женским голосом Сказано было по-польски,

по Костя понял, это о нем с Шакеиовым: кто-то их жалел, кто-то испытывал к ним сострадание.

В первое мгновение он не сразу осознал, что то, что он слышит, это голос, и голос женский: за дни боев он уже забыл, из памяти ушло, что на свете есть такие голоса, такие звуки.

Костя поднял глаза. Они с Шакеновым проходили мимо изгороди, отделявшей крестьянский двор от улицы. Низ изгороди зарос пыльными лопухами, сорной травой, над верхним краем на палках-стеблях чернели диски подсолнухов в коронах увядших и скрутившихся лепестков. За подсолнухами лежал двор. Две женщины, по-крестьянски одетые, пожилых лет, собирали и складывали в кучи черепицу, сброшенную разрывом снаряда с крыши дома и раскиданную по всему двору.

продажа запчастей хундай