Но как, на чем?

Выходить из Глушанки на дорогу, ждать в ту сторону попутную? Движение туда слабое, совсем другой район, можно и час, и два прождать.

Возвращаясь с работы, он приметил во дворе Мастевых голубой, с люлькой мотоцикл. На нем раз в месяц-два приезжал из города небольшого росточка, лысого-ловый, с арбузным брюшком Серафим Петрович. В коляске помещалась его супруга, такая же коротышная, плотно сбитая, с широким деревенским лицом бабенка, подмалеванная помадой, подчерненная тушью. О своей

городской жизни и занятиях они говорили неясно, а так как никому это было не нужно, то у них и не вызнавали подробностей. Мастевым они были просто знакомые через каких-то других знакомых. Супруга Серафима Петровича в каждый свой приезд привозила женские комбинации, лифчики, трикотажные кофточки, детские костюмчики, каких не бывает в местных магазинах, у нее в Глушанке была своя клиентура, заказчицы, которые с нетерпением ее ждали и прямо-таки расхватывали ее товар. Само собой разумеется приплачивая на каждой вещичке. Именно ради этой коммерции и появлялись Серафим Петрович и его кругленькая, бочоночком, супружница в Глушанке, ради таких рейдов в глубинки области расчетливо приобрели себе мотоцикл. У них было еще с десяток подобных точек в других районах, но Глушанку они предпочитали: здесь совхоз, неплохие заработки, у людей на руках всегда деньги, и не торгуются здесь, как в других местах, распродажа всегда проходит быстро, с хорошим прибытком.

В избе Мастевых было жарко: готовя гостям обед, Шуркина мать, тетка Пелагея, длинная худая старуха, вся в черном, как монашка, топила печь. Гости только что покончили с едой, на столе в беспорядке громоздились грязные тарелки и миски, были набросаны корки хлеба, огрызки соленых огурцов, горками навалены куриные кости. Серафим Петрович, круглоголовый, зеркально-лысый, почти без шеи, в галифе с развязанными тесемками, с брюшком, круто подпиравшим голубую майку, от водки и обильной еды весь розовый, как молоденький купаный поросеночек, сидел на лавке, осовелый, в благостной дремотной лени, растопырив толстенькие короткие ножки с босыми ступнями. Петрович, съездить надо! сразу же, с порога, заявил Ванька, не тратя времени на лишние разговоры.

отличный щебень на сайте для Вас.