Смотри, какая странная ночь.

Действительно, вокруг стояла тишина, все окна были темными. Вверху над головами маленький квадрат неба, стиснутый стенами домов, мерцал, точно вода на дне колодца, если заглянуть в него ясным днем. Помолчав, Молина сказал: Когда-нибудь придет время, ты снова будешь учить детей в школе.

Оливарес удивленно посмотрел на него. Ты, и правда, веришь, он вытянул руки вперед, что достаточно будет показать руки, не запятнанные безвинной кровью, доказать, что ты никого не грабил, и все обойдется? А почему нет? Я верю, говорю тебе серьезно, что особых репрессий не будет. Понимаешь, не укладывается в голове. А я не такой оптимист, Молина. Но, если ты и прав, разве не пробегает мороз по коже при мысли о том, сколько народу погибло в этой войне? Какая ужасная цена, дружище! Молина кивнул. Ужасная. И самое страшное: ничего уже не поправишь. Теперь понимаешь, что кто-то должен ответить. А кто? Победители? Конечно, нет. Все свалят на побежденных. Но не на всех. Многие сумеют вывернуться, обвинить других. И за все так или иначе будем платить мы, те, кому стыдиться нечего. Увидишь, так и будет.

Молина еще раз попытался отвлечь друга от мрачных мыслей. Постарайся не поддаваться этим настроениям. Я понимаю, ты первый раз в такую ситуацию попадаешь. А я уже бывал в переделках и усвоил, что жизнь сильнее человека. Сейчас мы устали, потеряли веру в себя, угнетены. Но, поверь, завтра, при свете дня, все будет видеться иначе. Со мной так случалось. Жизнь продолжается, Федерико, и не может остановиться. Где-то этой ночью мужчины и женщины любят друг друга, а кто-то не доживет до рассвета. А завтра родятся новые дети. Такова жизнь, дружище, таковы ее законы. Поэтому пойдем лучше спать, а утром продолжим наш разговор. Да, пора спать, сказал Федерико, продолжая стоять у окна, и добавил, грустно качая головой: Представь себе, о чем думают в эту ночь, что чувствуют наши в Бургосе, в Вальядолиде, в Севилье. Сколько месяцев они жили надеждой, ждали, когда мы придем. А теперь эта надежда навсегда погасла.

Дыма больше не было. Огонь потух. Молина заглянул в печку книги лежали, почти не тронутые огнем, обгорели лишь обложки, и края страниц почернели от пламени. Пусть лежат, решил Молина.

сейчас популярный цветной принтер с факсом.