Согласен?

Для Федерико такая постановка вопроса оказалась неожиданной, и он вместо ответа неопределенно махнул рукой. Пако Рамирес, который в драматические ноябрьские дни тридцать шестого года был членом хунты обороны Мадрида, спросил: А ты что предлагаешь?

Федерико пожал плечами, губы его сжались, вытянулись в ниточку. Не знаю, но, во всяком случае, оружия складывать нельзя. А разве кто-нибудь предлагает такое? удивился Молина. В ноябре тридцать шестого, снова заговорил

Рамирес, как и теперь, руководство не выдержало испытания. Тогда, как вы знаете, правительство удрало под покровом ночи из Мадрида, сбежали все крупные военачальники, все политические лидеры. Бросили столицу на произвол судьбы, без оружия и боеприпасов. Правда, оставили секретный конверт с предписаниями для генерала Миахи. Они считали, что Мадрид защитить невозможно. Но народ не пожелал в это поверить. Никогда не забуду первую встречу членов хунты обороны с генералом.

На лицах проступили досада и нетерпение. Молина качал головой, демонстративно изучая потолок. Когда Рамирес начинал вспоминать те замечательные, незабываемые дни, пережитые им, остановить его было невозможно. Что-то волчье было в его лице: длинный нос, вытянутые вперед губы, глубоко посаженные глаза. Он считал себя человеком незаурядного ума, генератором идей. Не замечая реакции окружающих, Рамирес продолжал: Я убежден, что мы должны действовать, как тогда. А именно? перебил его Молина. Надо обратиться к народу, честно сказать ему о сложившемся положении, поднять всех, создать атмосферу всеобщего подъема, героизма, готовности к самопожертвованию. Только так нам удастся снова привлечь внимание других стран, мирового общественного мнения. Только решительными действиями мы сможем остановить противника, заставить его отказаться от наступления. Пустые слова. Ты забываешь важную вещь, снова прервал его Молина. Нынешняя ситуация ничего общего не имеет с той, ноябрьской. Тогда мы провоевали еще только четыре месяца, наши моральные и материальные ресурсы были огромны, практически не тронуты. Сейчас все иначе народ устал, он голодает и, признаемся честно, в какой-то мере потерял веру в победу. А что касается других стран, то о нас все газеты так долго писали на первых полосах, что, извини, мы просто всем надоели. Он помолчал и добавил: То, о чем ты говоришь, Рамирес, возможно было лишь в самом начале.

продажа самосвалов - широкий выбор . такси муниципальное