Видно, еще не родился.

Нет, позвольте. Андрей Пикиерис прекрасно мог бы справиться с этой ролью. Он же был сыном урожденной рыбачки, провел у моря детство, знал, как коптят салаку и как ловят треску на крючок. Ах, каким самозабвенным порывом исполнилась грудь предприимчивого человека! Как загорелся он этим благородным делом, как возвысился его дух!

Выборы в сейм должны были происходить будущей осенью у Пикиериса был почти год времени. Он не торопясь обмозговал все, что было необходимо для свершения великой миссии, а затем взялся за дело. Патефон у него уже был. В ломбарде ему удалось за смехотворную цену раздобыть видавший виды киноаппарат. Пикиерис накупил пластинок, отпечатал листовки и приступил к созданию своей беспартийной партии. Это было приятное, увлекательное занятие. А когда Пикиерис вспоминал, какое жалованье положено депутату, он приходил в еще более радостное расположение духа и еще сильней проникался любовью к народу своим будущим избирателям. Вскоре ему удалось заинтересовать кое-кого из денежных людей, которые, как и он, жаждали выйти на простор политической деятельности во имя своего и всенародного блага. Итак, необходимые средства были под рукой, и весной начались достославные агитационные разъезды Пикиериса по приморским поселкам. Вскоре после Янова дня он был на пути к Звиньциемсу, где его уже давно поджидал один человек, здешний торговец Бандер. Он же выслал в местечко подводу навстречу Пикиерису,

У Бандера не нашлось времени самому поехать и встретить гостя, как человек, облеченный многими полномочиями в поселке, он постоянно был занят неотложными делами. Пикиерис, однако, предпочел бы неблизкую дорогу двенадцать километров провести в серьезной беседе с состоятельным коммерсантом и выяснить, каковы условия жизни в Звиньциемсе, чтобы подготовиться к выступлению на агитационном собрании. Делать нечего, пришлось довольствоваться тем, что есть. Возница был сравнительно молод, лет тридцати пяти, не больше, с виду рыбак, из сезонных работников, которых хозяева по весне набирают в Риге у рынка или у Красных амбаров. Небритый, с медно-бурым лоснящимся лицом, угрюмый с виду, он помог Пикиерису погрузить узлы с вещами, патефон и машину для показа живых картин, обождал, пока господин сам заберется на воз, причмокнул и пустил лошадь по пыльной лесной дороге.

бытовые тепловые пушки