Вниз по улице.

Подскакивая, раскатывая в обе стороны клубы пыли, проехал виллис с насадившимися на него без меры солдатами и прицепленной назади противотанковой пушкой на резиновых колесах. Трое солдат, не поместившихся на виллисе, бежали за пушкой, держась за ее длинный тонкий ствол. Где наш санбат? спросил Костя у Чуркина, вытершись несвежим сальным полотенцем лучшего у Чуркииа не нашлось. Туда вон все идут, показал он в глубь наполненной пылью улицы, откуда ехал виллис. Ну, прощай, сказал Костя, трогаясь с места и сразу же закусывая губу от боли в ступне.

Чуркин, с черпаком в руке, смотрел им вслед. Было так понятно, что заключал в себе его взгляд. Для них все уже было кончено, а он оставался, и все дальнейшее для него представляло еще неизвестность.

Разные санбаты помнил Костя. Зимой сорок второго, когда его армия по глубоким снегам и бездорожью обходила с запада сталинградскую группировку немцев, его перевязывали в промороженной, поросшей изнутри инеем теплушке на путях какой-то занесенной сугробами, разбомбленной станции. На Курской дуге, в августе, когда брали Харьков, санбат полка размещался в палатках в чистеньком сосновом лесочке, где под громыханье недалекого фронта перепархивали черно красные дятлы и долбили кору, рассыпая короткую дробь, совсем как автоматчики, раненые бойцы, только что вышедшие из боя, из такого вот автоматного тырканья, задремавшие в ожидании отправки, вздрагивали от этих неожиданных, громких очередей и шарили возле себя руками, привычно ища оружие. В начале года, сырой ветреной весной, в самую распутицу и грязь, когда бойцов похлеще пуль косила простуда, ему случилось попасть и в такой медпункт первой помощи в каменоломне, под толщей земли и камня, затиснувшийся в узкие слабоосвещенные штольни. У немцев тогда активно действовала авиация, летала невзирая на погоду, бомбила в прифронтовой полосе все подряд пыталась помешать освобождению Правобережной Украины. Когда наверху рвались бомбы, в штольнях гудело эхо, стены и своды, казалось, сдвигались со своих мест, раненых и больных охватывало беспокойство, становилось жутко и нестерпимо хотелось наверх хоть под бомбы, но наверх, на свет и воздух.

Мы предлагаем жд перевозки широкий спектр услуг.