Во-первых, думал он.

Надо бы съездить в город еще раз. Обстановкой он разжился, неплохим барахлишком тоже, теперь не мешало бы набрать побольше носильных вещей польт, рубах, платьев, обуви разной. Поменять горожанам. Часть их осела неподалеку, в Хохле, Курбатове, Нижнедевицке, барахлишко, что они с собой унесли, большинство уже проело, сменяли с местными жителями на продукты. А впереди зима. А прикрыться-то нечем. Но кое-что у некоторых еще пооставалось, последнее, на крайний случай: обручальные кольца, сережки, другое золотишко. Делать им нечего, отдадут за одежду-то. А золото это вещь верная, оно всегда в цене, при любой власти. Второе надо Родьку настроить, пусть возьмет разрешение на лес в казенной роще. Дают немцы, рубят уже некоторые. Родьке не откажут, он на службе старательный, на днях подбитого летчика, что на парашюте спустился, поймал и к немцам привел. Нынешняя изба не больно-то хороша и тесна, и низка. А главное, раз можно новую поставить чего ж не поставить? Чего ж ротозеем-то быть? Надо пользоваться, пока случай

Когда выехали за город, в поля, их вид навел Максима Тимофеича на думы о том, как же теперь будет с колхозной землей, как поступят с ней немцы В начале войны были слухи и ожидания, что немцы колхозы распустят, а землю раздадут по хозяевам. Но вот они уже как три месяца, а дела идут, как и прежде, в колхозные времена, немцы заставляют выходи косить и обмолачивать урожай Зерно складываю в амбар, замкнули его на замки, приближаться, староста Антон Егорыч, бывшим при сельсовете, головой отвечает-за сохранное. А про раздачу земли теперь и разговоров никаких нет. Неужто так и останется колхоз, да на немцев?

С такими и подобными мыслями, понукая лошадь, упираясь в воз и своей силой помогая ей втаскивать его на взгорки, Максим Тимофеич добрался до места, с какого дорога шла уже только вниз, к переправе Открылась широкая лента донской воды, отражающей пасмурное, задымленное небо, и потому хмурой, серо свинцовой. Садись, сказал Максим Тимофеич жене, намучившей ноги по булыжнику и песку Трохи передохнем.

Он помог ей взобраться на вещи, влез на передок сам. Но-о, милая махнул он концами вожжей на кобылу. Шевелись, скоро уже дома будем

Воз легко затарахтел под уклон Шкаф и комод скрипели, качались, вместе с ними качалась Анна Матвевна, державшаяся за веревки, трясся Максим Тимофеич с вожжами в руках. За вещи он уже не беспокоился, выдержали самую скверную дорогу выдержат и дальше, крепко он их увязал, еще хоть сто верст вези. Всегда и во всем он был основательным хозяином

Супер квартиры на сутки в москве сегодня приобрести у нас. . Кофе оптом из Британии- магазины чай кофе.